Книги автора: Вадим Шефнер

Дворец на троих, или Признание холостяка

Дворец на троих, или Признание холостяка

2:59:06
Фантастика, фэнтези
Судьба столкнула бывшего детдомовца Васю с семей Творителя и его дочерью Лидой. Но рай на троих в подземном дворце не привлек Васю, он ушел в город. Но не смог забыть подземный дворец, всю жизнь помнил Лиду, но дорогу назад не нашел.
Девушка у обрыва или записки Ковригина

Девушка у обрыва или записки Ковригина

6:46:18
Фантастика, фэнтези
«Как-никак, мы живем в Двадцать Втором веке и знаем, что разубеждать решившегося — недостойное дело. Если зрячий идет к пропасти — останавливающий его подобен слепцу.»
Дядя с Большой Буквы, или Великая пауза

Дядя с Большой Буквы, или Великая пауза

0:43:28
Фантастика, фэнтези
Один из дней последней четверти ХХ века был отмечен странным происшествием: нефть и её производные на несколько часов утратили свои горючие свойства, что едва не привело к хаосу во всём мире. Учёные так и не смогли понять причины этого явления. Прошло более полувека, и служитель бани Виктор Незверев решил поведать правду о тех далёких событиях: оказывается, причиной их послужил Дядя Виктора, скромный бухгалтер и великий непризнанный учёный.
Записки зубовладельца

Записки зубовладельца

0:57:14
Фантастика, фэнтези
Ничто так не объединяет людей как зубная боль. Особенно если прихватывает она ночью. Пока найдешь зубную поликлинику, где есть ночное дежурство, можно не только познакомиться с огромным количеством братьев по несчастью, но и обустроить личную жизнь.
Записки зубовладельца

Записки зубовладельца

0:40:35
Фантастика, фэнтези
Ничто так не объединяет людей как зубная боль. Особенно если прихватывает она ночью. Пока найдешь зубную поликлинику, где есть ночное дежурство, можно не только познакомиться с огромным количеством братьев по несчастью, но и обустроить личную жизнь.
Запоздалый стрелок или Крылья провинциала

Запоздалый стрелок или Крылья провинциала

1:54:09
Фантастика, фэнтези
Алексей Возможный изобрел крылья, с помощью которых любой человек может летать как птица. Но он не придает большого значения своему открытию, считая что в век самолетостроения крылья уже не актуальны. Да и на пути массового производства крыльев встает мощный барьер в виде бюрократии чиновничества.
Как я был русалкой

Как я был русалкой

0:32:08
Фантастика, фэнтези
Необычайный поэтический дар героя, применяемый в разнообразнейших жизненных ситуациях, помогает герою спастись от утопления. Также, любовь к печатной продукции толкает героя на изобретение века — невероятно продвинутой печатной машинки. Однако, некоторые товарищи охотнее вытащат вас из воды, нежели спонсируют продвижение гениального изобретения.
Когда я был русалкой

Когда я был русалкой

0:38:17
Фантастика, фэнтези
У героя рассказа самые разнообразные интересы: от написания стихов до изобретения печатной машинки, на которой можно печатать не только руками, но и ногами. Кроме того, он ведет литературную консультацию поэтов-любителей и работает сторожем на лодочной станции. Но после того, как один из поэтов – любителей, сравнил его в своем стихотворении с русалкой, он начинает поглядывать на воду с некоторым опасением.
Круглая тайна

Круглая тайна

2:24:18
Фантастика, фэнтези
Начинающий журналист Ю. Лесовалов находит портфель с крупной суммой денег и темным шаром, размером чуть больше бильярдного. Недолго думая, он присваивает деньги. Вскоре выясняется, что вместе с деньгами, он, сам того не желая, приобрел и шар, который преследует его, не отпуская от себя на расстояние больше чем 3 метра.
Курфюрст Курляндии

Курфюрст Курляндии

1:05:31
Фантастика, фэнтези
Рассказ о трудной судьбе генной инженерии в области птицеводства. Всем любителям куриных окорочков посвящается.
Курфюрст Курляндии

Курфюрст Курляндии

0:58:13
Фантастика, фэнтези
Произведение впервые опубликовано в журнале «Аврора», №2 за 1971 г. Рассказ о трудной судьбе генной инженерии в области птицеводства. Всем любителям куриных окорочков посвящается.
Курфюст Курляндии

Курфюст Курляндии

1:05:31
Фантастика, фэнтези
Рассказ о трудной судьбе генной инженерии в области птицеводства. Всем любителям куриных окорочков посвящается.
Небесный подкидыш

Небесный подкидыш

3:07:38
Фантастика, фэнтези
Жизнеописание и фантастическое приключение простого служащего Серафима Пятизайцева. Поэты и писатели XXI века воспели создателя СТРАХОГОНА, представив его отважным и мужественным человеком, прирождённым храбрецом. Но в действительности всё было совсем не так… Автор гениального изобретения, даровавший человечеству спокойную жизнь, открывший Формулу Бесстрашия Серафим Пятизайцев был самым обыкновенным человеком. Были у него, конечно же, и свои странности: он терпеть не мог музыку и боготворил тишину.
Небесный подкидыш, или Исповедь трусоватого храбреца

Небесный подкидыш, или Исповедь трусоватого храбреца

3:07:38
Фантастика, фэнтези
Поэты и писатели XXI века воспели создателя СТРАХОГОНА, представив его отважным и мужественным человеком, прирождённым храбрецом. Но в действительности всё было совсем не так… Автор гениального изобретения, даровавший человечеству спокойную жизнь, открывший Формулу Бесстрашия Серафим Пятизайцев был самым обыкновенным человеком. Были у него, конечно же, и свои странности: он терпеть не мог музыку и боготворил тишину.
Сестра печали

Сестра печали

11:34:33
Роман, проза
Веселую и беззаботную, хотя и не очень сытую жизнь друзей-детдомовцев нарушает смерть одного из них: Гришка по кличке Мымрик умирает в госпитале от ранения, полученного на финской войне. Так, почти в самом начале, товарищей остается трое. Герои Шефнера совсем по-ремарковски мечтают о «прозрачной» жизни «без ошибок» и о любви «интеллигентных» девушек, хотя общаться им приходится с «кошками-милашками» и почему-то домработницами. И уж совсем как у Ремарка — только одному из них (самому ли достойному?) выпадает Настоящая Любовь. О ней и повесть. Все это, конечно, круто замешано на романтике блатных песен, которых автор, по свидетельству очевидцев, знал множество, и слегка отдает историей про вора и дочь прокурора. Потому что на фоне соседа-алкаша дяди Личности Толька-Чухна конечно парень хоть куда, а вот по сравнению с девочкой Лелей — это еще как посмотреть, и не зря сомнения одолевают в первую очередь его самого. Поэтому он и стремится объяснить Леле собственную неотесанность: «Я говорю грубо для того, чтобы все не казалось таким уж серьезным».