Книги автора: Джулиан Барнс

Артур и Джордж

Артур и Джордж

20:03:17
Роман, проза
Следствие ведет… сэр Артур Конан Дойль! «Литературный отец» Шерлока Холмса решает использовать дедуктивный метод в расследовании самого скандального дела поздневикторианской Англии — дела о таинственном убийстве скота на фермах близ Бирмингема. Его цель — доказать, что обвиняемый в этом преступлении провинциальный юрист Джордж Идалджи невиновен. Конан Дойль и его друг и ассистент Вуд отправляются в Стаффордшир. Так насколько же действенны методы Шерлока Холмса в реальности? Новый роман Джулиана Барнса «Артур и Джордж» представляет собой пример книги и приятной и полезной. Приятной — потому что Барнсу свойственна легкая и увлекательная манера письма, способная скрасить хоть длинный перелет, хоть бессонную ночь, а также незатейливая, но щекочущая нервы ироничность. Полезной — потому что «Артур и Джордж» — книга познавательная. Это почти нонфикшн — читатель узнает не только о нравах поздневикторианской Англии, но и о реальных событиях, в которых был замешан не кто-нибудь, а Артур Конан Дойль.
Глядя на солнце

Глядя на солнце

9:00:55
Роман, проза
Барнс — всегда Барнс. Всегда тонкий, всегда ироничный, всегда поражающий изяществом полета воображения и оригинальностью сюжета. Не исключение — и этот роман, в котором совершенно невероятным образом смешиваются истории английского летчика, мудрой женщины, которую все вокруг считают неисправимой дурой, и тихого «современного Гамлета», считающего «проклятые вопросы» — вопросами личными "Как отличить хорошую жизнь от плохой жизни, от жизни, потраченной зря?" Об этом размышляет Джин, героиня романа "Глядя на солнце". Барнс с присущей ему тонкостью прослеживает, как меняется отношение героини к жизни, как она взрослеет, наивность уступает место твердости, а оптимизм и доверие к миру - усталости и разочарованию. Но что бы ни происходило в жизни героев, солнце продолжает светить. Только одни видят его восход, а другие - закат.
Гости

Гости

0:51:48
Роман, проза
Франклин Хьюз умел обращаться с аудиторией. И делал он это с блеском — сначала на радио, потом на телевидении. Темы его выступлений в основном были связаны с историей и археологией. Его лицо стали узнавать, и через некоторое время он заключил контракт с одной туристической компанией. Обязанностью Хьюза было «развлечение» туристов, отправившихся в круиз по Средиземному морю. Во время очередной такой экскурсии на корабль, который ненадолго пристал к Родосу, поднялись «гости», впоследствии оказавшиеся террористами, членами группировки «Черный гром». Судно было захвачено, а все пассажиры превратились в заложников... Рассказ входит в роман-сборник "История мира в 10 с 1/2 главах"
До того, как она встретила меня

До того, как она встретила меня

7:17:16
Роман, проза
Грэм — сорокалетний преподаватель истории, уравновешенный и скучноватый. Энн — его жена, бывшая актриса; до встречи с нынешним мужем она вела весьма насыщенную жизнь. Вроде бы не способный на какие-либо сильные эмоции герой поначалу лишь слегка раздражен тем фактом, что его прошлое не идет ни в какое сравнение с яркой прежней жизнью жены…
За окном

За окном

10:44:07
Роман, проза
Барнс — не только талантливый писатель, но и талантливый, тонко чувствующий читатель. Это очевидно каждому, кто читал «Попугая Флобера». В новой книге Барнс рассказывает о тех писателях, чьи произведения ему особенно дороги. Он раскрывает перед нами мир своего Хемингуэя, своего Апдайка, своего Оруэл-ла и Киплинга, и мы понимаем: действительно, «романы похожи на города», которые нам предстоит узнать, почувствовать и полюбить. Так что «За окном» — своего рода путеводитель, который поможет читателю открыть для себя новые имена и переосмыслить давно прочитанное.
История мира в 10 1/2 главах

История мира в 10 1/2 главах

14:06:32
Роман, проза
Один из самых известных романов британца — «История мира в 10 1/2 главах» — исследователи относят к жанру literary sf novel (литературная фантастика). Роман в десяти новеллах, каждая из которых, отталкиваясь от ветхозаветных событий с Всемирным потопом и Ноевым ковчегом, показывает читателю историю бытия, но не в знаковых эпизодах истории, вошедших во все учебники по предмету, а в трактовках и осмыслении мифологем и «родимых пятен» нашего современного общества. От Потопа до Рая, от сатиры до фантасмагории, устами человека и насекомых — таков масштаб «Истории мира в 10 1/2 главах».
Как все было

Как все было

10:17:37
Роман, проза
Перед вами «любовный треугольник» скромного банковского служащего, талантливого неудачника и средней руки художницы-реставратора… Браки и разводы, ошибки и нелепости, сплетни, пересуды – и ПОТРЯСАЮЩАЯ, остроумная, смешная болтовня! Не верите? Послушайте – и проверьте сами!
Любовь и так далее

Любовь и так далее

7:57:55
Роман, проза
Любовный, точнее, адюльтерный треугольник из Стюарта, Оливера и Джиллиан, виртуозно исследованный Барнсом в романе «Как все было» (1991), снова в работе — в 2000-м Барнс публикует сиквел. Здесь описывается встреча тех же персонажей десять лет спустя: Стюарт возвращается из Америки и снова появляется в жизни своей бывшей жены и бывшего лучшего друга; самцы вроде бы перестали соперничать из-за самки, но явно общаются друг с другом больше, чем должны бы. Продолжение черной комедии об англичанах из среднего класса вышло еще лучше, еще психологически точнее, еще виртуознее. Это еще более холеная… виртуозная проза. В «Любви» Барнс убийственно — по-уайльдовски — остроумен; он не то что режет — располосовывает своих героев без ножа; что ни строка, то — туше, туше, туше; ей-богу, некоторым чуть только не аплодируешь.
Метроленд

Метроленд

7:26:44
Роман, проза
О «бурных шестидесятых» писали многие. Очень многие. Но — никто еще не делал этого ТАК, как Джулиан Барнс — единственный, кто не плакал, но — смеялся над «взлетом и падением прекрасной эпохи»…… Это — Метроленд. Город, в котором люди когда-то пытались изменить мир — и сами не заметили, как мир изменил их… Это — «Метроленд». Книга, которой отчаянно восхищались — и столь же отчаянно возмущались. Книга, которая может вызвать восторг — или негодование. Книга, над которой можно смеяться — или плакать. Книга, которая не может оставить равнодушным.
Метроленд

Метроленд

7:03:33
Роман, проза
Лауреат Букеровской премии Джулиан Барнс — один из самых ярких и оригинальных прозаиков современной Британии. Возможно, основной его талант — умение легко и естественно играть в своих произведениях стилями и направлениями. Тонкая стилизация — и едкая ирония, утонченный лиризм и доходящий до цинизма сарказм, агрессивная жесткость и веселое озорство — Барнсу подвластно ВСЕ ЭТО и многое другое… «Метроленд» - это дебютный роман Барнса, «шедевр ностальгического эпатажа» (Vogue) и в то же время «одно из лучших в мировой литературе описаний семейного счастья» (Лев Данилкин). Роман получил престижную литературную премию имени Сомерсета Моэма и был экранизирован (режиссер Филип Савилл, в главных ролях Кристиан Бейл и Эмили Уотсон). Итак, добро пожаловать в Метроленд. О «бурных шестидесятых» и об их последствиях писали многие, но никто еще не делал этого так, как Барнс - единственный, кто не плакал, но смеялся над взлетом и падением прекрасной эпохи. В Метроленде люди когда-то пытались изменить мир - и сами не заметили, как мир изменил их
Нечего бояться

Нечего бояться

11:03:46
Роман, проза
Лауреат Букеровской премии Джулиан Барнс — один из самых ярких и оригинальный прозаиков современной Британии, автор таких международный бестселлеров, как «Англия, Англия», «Попугай Флобера», «История мира в 101/2 главах», «Любовь и так далее», «Метроленд», и многих других. Возможно, основной его талант — умение легко и естественно играть в своих произведениях стилями и направлениями. Тонкая стилизация и едкая ирония, утонченный лиризм и доходящий до цинизма сарказм, агрессивная жесткость и веселое озорство — Барнсу подвластно все это и многое другое. В книге «Нечего бояться» он размышляет о страхе смерти и о том, что для многих предопределяет отношение к смерти, — о вере. Как всегда, размышления Барнса охватывают широкий культурный контекст, в котором истории из жизни великих, но ушедших — Монтеня и Флобера, Стендаля и братьев Гонкур, Шостаковича и Россини — перемежаются с автобиографическими наблюдениями.
Попугай Флобера

Попугай Флобера

9:51:56
Роман, проза
Барнс никогда не бывает одинаков — каждая его книга не похожа на остальные. В «Попугае Флобера» он предстает перед нами дотошным исследователем. Предмет его исследования весьма необычен — чучело попугая, якобы стоявшее на столе Гюстава Флобера. Казалось бы, писатель, изучая биографию собрата по перу, должен сосредоточиться в первую очередь на его творчестве. Барнса же интересует все — как жил знаменитый создатель «Мадам Бовари», как в его книгах отразились факты его жизни. Читать «Попугая Флобера» — все равно что пуститься в интереснейшее путешествие, когда каждую минуту вас ждет неожиданное открытие.
Уровни жизни

Уровни жизни

3:27:15
Роман, проза
Новая книга Джулиана Барнса, написанная сразу после смерти его любимой жены, поражает своей откровенностью. Каждый из нас кого-то теряет, мы ссоримся с друзьями, расстаемся с любимыми. Эта боль остается с нами навечно, но с годами она притупляется. Однако бывают потери другие — необратимые, когда точно знаешь, что в земной жизни больше человека не увидишь. Что чувствует тот, кто пережил потерю? Ведь оставшемуся надо продолжать жить…
Шум времени

Шум времени

7:57:45
Биографии, мемуары, ЖЗЛ
Впервые на русском – новейшее сочинение прославленного Джулиана Барнса, лауреата Букеровской премии, одного из самых ярких и оригинальных прозаиков современной Британии, автора таких международных бестселлеров, как «Англия, Англия», «Попугай Флобера», «Любовь и так далее», «Предчувствие конца» и многих других. На этот раз «однозначно самый изящный стилист и самый непредсказуемый мастер всех мыслимых литературных форм» обращается к жизни Дмитрия Шостаковича, причем в юбилейный год: в сентябре 2016-го весь мир будет отмечать 110 лет со дня рождения великого русского композитора. Впрочем, написание беллетризованной биографии волнует Барнса меньше всего, и метит он гораздо выше: имея как художник лицензию на любые фантазии, влюбленный в русскую литературу и отлично владея контекстом, он выстраивает свое сооружение на зыбкой почве советской истории, полной умолчания и полуправд…